Кузьмина Л. Я., Александрова С. Н.

Страноведческий аспект литературы русского зарубежья.

Русский Харбин

Cross-cultural aspect of the literature of Russian abroad.

Russian Harbin

 

Л.Я. Кузьмина, С.Н. Александрова

L.Y. Kuzmina, S.N. Akeksandrova

 

В статье рассматривается проблема «диалога культур» на материале творчества русского поэта, переводчика В. Перелешина, творчество которого, к сожалению, мало известно широкому кругу читателей.

Литературные и межкультурные связи России и Китая отражены как в лирике В. Перелешина, так и в его переводах.

В статье представлен анализ стихотворения поэта в контексте восприятия Китая глазами русского человека.

Сделан вывод об актуальности изучения темы Востока в русской литературе.

This article presents the problem of the «dialogue of the cultures» (on a material of creativity of the Russian poet and translator V. Pereleshin, whose creativity is not well known for a wide range of readers).

Literary and cross-cultural communications of Russia and China are reflected both in V. Pereleshin’s lyrics, and in his translations.

The analysis of the poet’s poem is presented in the article in a context of perception of China by the Russian person.

There have been made a conclusion about the relevance of studying East theme in Russian literature.

Ключевые слова и фразы: диалог культур, русское зарубежье, культурная и историческая миссия России на Востоке, русская диаспора, синтез китайской и русской культур.

Key words and phrases: dialogue of the cultures, Russian abroad, cultural and historical mission of Russia in the East, Russian Diaspora, the synthesis of Chinese and Russian cultures.

«Русская зарубежная литература XX в, - это почти не исследованная область русской национальной культуры», — такими словами открывалась вначале 1990х гг. одна из первых историко-литературоведческих работ, посвященных этой проблеме.[1,1990:24] Вскоре за исследование данной области истории русской литературы активно взялись не только авторы из зарубежья, — они занимались эмигрантской культурой в течение десятилетий, — но и ученые «новой» России. Естественно, что данная тема достаточно хорошо изучена исследователями и литераторами, но что о ней знают наши студенты и современные  школьники сегодня? Каких великих писателей и поэтов, вынужденных покинуть Родину, но продолжавших безмерно ее любить и тосковать по ней, они могут назвать? Есть ли у них представление о таком поистине огромном культурном явлении как русская эмиграция в истории нашей литературы?

Вот как характеризует русское зарубежье известный историк русской эмиграции П.Е. Ковалевский: «В мировой истории нет подобного по своему объёму, численности и культурному значению явления, которое могло бы сравниться с русским зарубежьем».[2,1971:180] Российскую империю на рубеже 19-20 вв. покидало большое количество её подданных по разным причинам: религиозным, экономическим, прежде всего политическим.

Различают три периода (три волны) русской эмигрантской литературы. Наибольшее культурное и литературное значение имеет творчество писателей первой волны русской эмиграции. В центрах рассредоточения эмигрантов – Берлине, Париже, Харбине – была сформирована «Россия в миниатюре», сохранившая все черты русского общества. За рубежом выходили русские газеты и журналы, были открыты школы и университеты, действовала Русская Православная Церковь.

Таким образом, крупным центром русского рассеяния на Дальнем Востоке стал Харбин. Здесь сконцентрировалась культурная и литературная жизнь выходцев из России. Русские писатели-эмигранты внесли огромный вклад в литературу Китая двадцатых годов. В Харбинских издательствах печатались различные книги. Так, в 1938 году были изданы «Избранные произведения А.С. Пушкина», а в 1941- м году – «История Российского государства в стихах».

Процесс формирования российской диаспоры на Дальнем Востоке в 1920-1945 гг., общественно-культурная и научная жизнь, хозяйственно-экономическая деятельность, социальная адаптация исследуются в диссертации В. П. Иванова. Соискатель изучил основные центры российской диаспоры на Востоке. Специфической чертой российской диаспоры на Востоке, по мнению автора, являлась её внутренняя закрытость, замкнутость при активных внешних связях с китайской цивилизацией. «Российская дальневосточная диаспора сумела интегрироваться в культурное и социальное пространство Китая, Маньчжурии, Кореи и Японии, сохранив при этом все свои внутренние составляющие, в том числе многие социально-культурные черты дореволюционного общества ».[5, 2003:33]

Многие русские писатели, жившие в Китае, считают этот период началом своего литературного творчества. Большинство русских писателей — эмигрантов тех лет были поэтами. Наиболее известными из них были Александра Паркау, Фёдор Камышнюк, Сергей Алымов, Аресний Несмелов, Валерий Перелешин и другие.

В те годы произведения русских эмигрантов издавались в литературном журнале «Рубеж», который играл важную роль в становлении и развитии литературы Харбина того времени. Этот журнал читали не только в Харбине, но и в России, особенно на Дальном Востоке.

Город Харбин в силу своего географического, экономического и политического положения стал центром русской диаспоры на Востоке, дал возможность сохранить русскую культуру для интеллигенции, не принявшей Октябрьскую революцию. Харбинская эмиграция существенно отличалась от других русских зарубежных центров, в первую очередь исторически установившимися хозяйственными, финансовыми и научно-культурными связями с городами восточной части России. Естественно, что на разных этапах развития менялись приоритеты литературного творчества, но для русского Харбина в целом характерна тема созидательная, тема культурной и исторической миссии России на Востоке, в отличие от темы потери России, характерной для западных русских центров эмиграции.

В Харбине существовали литературные объединения русской интеллигенции, в которых сохранялась и развивалась, в том числе, и русская национальная поэзия.

Русская литература и поэзия в условиях харбинской диаспоры формировалась и развивалась в специфических условиях, отличных от других, западных центров русской эмиграции. В первую очередь этому способствовали исторически установившиеся культурные и экономические связи Харбина с городами восточной части России, а также большое количество русскоязычного населения в городе. Для беженцев, не принявших Октябрьскую революцию, Харбин стал русским городом на Китайской земле. Эти специфические условия и дали возможность сохранить и развить русскую культуру, во многом определили приоритеты литературного творчества, его специфику.

Общей для всех поэтов-эмигрантов была тема «молодой Родины», их интересовали и волновали события и проблемы местной русской диаспоры. В их произведениях превалируют сюжеты из жизни Сибири, Харбина, Маньчжурии, а их зрелое творчество тесно связано с Китаем. Естественно, что огромная страна Китай со своей богатой историей и культурой наложила отпечаток на творчество русских поэтов в Харбине. Но этот отпечаток был не очень сильным — русская литература в Харбине сохранила свою специфичность.

Среди множества имен нами выделяется имя Валерия Перелешина (настоящая фамилия Валерий Францевич Салатко-Петрищев). Огромное влияние на его творчество оказала религиозно-философская мысль. В свое время он защитил в Харбине он защитил диссертацию на звание кандидата богословия. Одаренного ученого–богослова затем пригласили в Российскую духовную миссию и посвятили в сан иеромонаха. Так с 1943 г. он служит в духовной миссии в Шанхае. Одновременно Валерий Перелешин преподает Закон Божий в нескольких русских школах. Естественно, что выросший по законам Божьим, Валерий Перелешин не мог быть политическим поэтом, хотя и не принимал советскую систему.

Влюбленный во вторую свою Родину, где он провёл первую половину своей жизни, он посвятил много стихов трудолюбивому и талантливому китайскому народу, его богатой истории и культуре. В Китае он вырос, получил великолепное образование. Владея китайским языком, хорошо зная жизнь Востока, он перевел с оригинала знаменитый памятник «Дао де цзин» и многие другие произведения классики.

В Харбинский период творчества он опубликовал четыре сборника стихов: «В пути» (1937), «Добрый улей» (1939), «Звезда над морем» (1941) и «Жертва» (1944). Основной чертой лирики Валерия Перелешина является «автопсихологичность», зеркальная отраженность жизненных переживаний в поэзию, автора больше интересует смысл переживаемого героем явления, чем сами переживания. Поэт-монах и христианин до глубины души Валерий Перелешин в христианском вероучении, его ритуалах и символике видел источник своего творчества, для него христианство было способом воспринимать действительность. Для него главными и ключевыми проблемами становятся проблемы жизни, смерти, бессмертия, хаоса и порядка, соотношения вечного и мгновенного. Поэт всю свою жизнь стремился к гармонии, которую видел в связях человека с Богом:

«И с Господом замкнусь наедине

В подпольи ли, в холодной ли пещере,

Но только бы не отворялись двери

Назад, к людской возне и болтовне»!

Китайская тема органично входит в творчество поэта, он переводит китайскую классическую поэзию на русский язык и получается удивительное слияние двух поэтических традиций, что возможно только при одинаковой близости поэту обеих культур. Китайская тематика в творчестве Перелешина обогащена мотивами китайской музыки, пейзажа, культуры и специфически вненациональных образов-знаков. В целом творчество Валерия Перелешина — очень удачная попытка синтеза двух культур.

Тысячи и тысячи раз дальневосточные реалии, мотивы, пейзажи входили в стихи русских поэтов Китая. Сопки Маньчжурии, желтая Сунгари, новые лица, виды, уличные сценки, китайские виньетки, национальная музыка и праздники, заклинания, тайфуны, драконы, храмы, рикши и даосские боги — все это впервые густо пропитало ткань русского стиха. Каждый поэт открывал свой заветный уголок «второй родины».

Валерий Перелешин вдохновляется пением китайской скрипки хуцинь, воспевая ее «безутешную» игру:

«Чтоб накопить истому грустную,

Я выхожу в ночную синь,

Вдали заслыша неискусную

И безутешную хуцинь…

…Так сердце легкое изменится:

Я слез невидимых напьюсь

И с музой, благодарной пленницей,

Чужой печалью поделюсь».

В данном отрывке мы можем проследить, как русский человек и поэт Валерий Перелешин собственно через русский слог и исконно-русские слова (истома, синь) легко и складно описывает нам народную китайскую культуру, а именно китайскую народную музыку.

Также он прославляет храм Лазурных Облаков. В его же изображении встает перед нами тенистая пекинская улица, где вязы над головой срослись в сплошной навес:

                                                «Ночь, весна. От земли тепло.

Эта улица — «чжи жу фа»:

выпевается набело

поэтическая строфа».

Здесь мы можем проследить влияние на творчество поэта уже поэзии символизма. В данной строфе в первой строчке представлены односоставные назывные предложения, идущие друг за другом, — они создают особый ритм в стихотворении. А многочисленные гласные ударные звуки придают стихотворению музыкальность и вокализм. Этому, как мы видим, способствует прием ассонанса, так часто используемый поэтом.

Поэт всегда с любовью отзывался о своей первой родине – России и ставшей второй родиной – Китае:

«Родился я у быстроводной
неукротимой Ангары
в июле, — месяц нехолодный,
но не запомнил я жары.
Со мной недолго дочь Байкала
резвилась, будто со щенком:
сначала грубо приласкала,
потом отбросила пинком.
И я, долгот не различая,
но зоркий к яркости обнов,
упал в страну шелков, и чая,
и лотосов, и вееров.
Пленённый речью односложной
(не так ли ангелы в раю?..),
любовью полюбил неложной
вторую родину мою…»

(«Три Родины»)

 

Таким образом, творчество Валерия Перелешина представляет пример развития русской философско-религиозной лирики на Востоке, так как религия занимала не последнее место в его жизни, а философия проникла во все творчество поэта.

Деятельность Перелешина — это удачная попытка синтеза китайской и русской культуры. Он попытался развить общегуманистические ценности, опирался на свое осознание мира как гармонии человека с Космосом, человека с Богом.

Литература:

1. Ахматова А. Эпиграмма // Собрание сочинений: В 2 т. М: Панорама. 1990. Т.1.С.24.

2. Ковалевский П.Е. Зарубежная Россия. История и культурно-просветительская работа русского зарубежья за полвека (1920-1970). Париж, 1971. С.180

3. Ностальгия / «Харбин. Ветка русского дерева», Новосибирск, 1991. С. 253

4. Перелешин Валерий. Ариаль: девятая книга стихотворений. Franfurt/Mein, 1976

5. Сабенникова И.В. Российская эмиграция (1917-1939): сравнительно- типологическое исследование. Автореферат дис. на соискание учёной степени док. истор. наук. М., 2003

6. Якимова С. И. Харбин как феномен межкультурной коммуникации ХХ века/ С.И. Якимова// Человек и общество в философском освещении: Сб. научн. тр. – Хабаровск: Изд-во ТОГУ, 2007. – С. 43 – 50.

 

Кузьмина Лена Январична кандидат педагогических наук, доцент кафедры методики преподавания русского языка и литературы Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова, г. Якутск

 

Александрова Сахая Нюргуновна - студентка 5 курса отделения методики преподавания русского языка и литературы с дополнительной специальностью английский язык филологического факультета Северо-Восточного федерального университета имени М.К. Аммосова, г. Якутск

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>