Котцова Е.Е., Корельская Н.С.

ТРОПЫ КАК СРЕДСТВО СОЗДАНИЯ ПОРТРЕТНЫХ ХАРАКТЕРИСТИК

В ТЕКСТЕ РОМАНА Е. ЗАМЯТИНА «МЫ»

 

TROPES AS A MEANS OF CREATING PORTRAIT CHARACTERISTICS 

IN NOVEL «WE» BY Y. ZAMYATIN

  

Е.Е. Котцова, Н.С. Корельская

E.E. Kotsova, N.S. Korelskaya

 

В статье представлен анализ тропов как средства создания портретных характеристик в романе Е. Замятина «Мы». Сделан вывод о специфике метафор и эпитетов в идиостиле Замятина, о большой доле авторских метафор и эпитетов в описании внешности героев, а именно: около 36 % метафор от общего их количества (106 из 296) и более 10% эпитетов от общего количества эпитетов (35 из 312). Использование авторских тропов является яркой особенностью языка Е. Замятина, позволяет создавать колоритные, экспрессивные портретные характеристики, выражать авторское отношение к персонажам.

The article analyses tropes as a means of creating portrait characteristics in Yevgeny Zamyatin’s novel «We». As a result of research, a conclusion is made that metaphors and epithets are specific of Zamyatin as a writer, and it is widely used to describe his characters’ appearance: about 36% of the author’s metaphors of the total number of metaphors (105 of 296) and about 10 % of author’s epithets of the total number of epithets(106 of 296). This common usage of author’s tropes is very typical of Zamyatin’s individual author’s style, which enables him to create colourful and expressive portrait characteristics as well as clearly show his attitude to his literary characters.

Ключевые слова и фразы: метафора, эпитет, узуальные и авторские тропы, ключевые слова, идиостиль.

Key words and expressions: metaphor, epithet, customary and author’s tropes, key words, individual author’s style.

Среди знаковых писателей XX века важное место занимает имя «магистра литературы» Евгения Ивановича Замятина. Личность Е.И. Замятина совмещает талант художника и философа с конструктивным мышлением инженера. Ткань его произведений насыщена выразительными образами, которые, благодаря виртуозному владению ресурсами русского языка, приобретают мощное символическое значение в текстах писателя.

Художественный текст – необычайно сложный, но в то же время благодатный источник  для исследования закономерностей его лексической организации. Анализ лексической структуры художественного текста помогает установить смыслы слов, их связи в рамках той или иной совокупности лексических единиц, выявить специфику этих связей, глубже понять  авторские тему и идею, сделать выводы об индивидуальном словоупотреблении писателя.

 Исследованию лексической структуры текста (далее – ЛСТ), сравнительно новому направлению в рамках функциональной лексикологии, посвящены работы В.В. Степановой, Н.С. Болотновой, В.Д. Черняк, Л.Н. Чурилиной, Е.Е. Котцовой и других лексикологов [6, 2006; 1, 2009: 84–86; 7, 1997; 8, 2002; 3, 2014; и др.].    Вслед за В.В. Степановой и Н.С. Болотновой [6, 2006: 216–224; 1, 2009: 84–86]., лексическая структура текста понимается как тематическая сетка, «каркас» которой образуют такие организующие элементы, как  ключевые слова определенной тематической группы и ассоциативно-вербальные связи этих слов в тексте (синтагматические, парадигматические, деривационные).

Ключевые слова – наиболее частотные по употреблению слова в тексте. Эти единицы являются для воспринимающего текст опорными пунктами понимания произведения, играют роль ядра при  выявлении тестовых смыслов. Они способствуют раскрытию темы и идеи произведения. Лексические связи ключевых слов позволяют выявить особенности идиостиля писателя, так как включают и индивидуально-авторские употребления лексических единиц. К особенностям идиостиля писателя можно отнести и то, что некоторые ключевые слова становятся семантически значимыми не только в пределах одного произведения, но и в контексте всего творчества автора.

Особый интерес для анализа лексической  структуры художественного текста представляют изобразительно-выразительные средства в синтагматических связях ключевых слов. Эти средства, прежде всего окказиональные, или индивидуально-авторские, тропы (метафоры, эпитеты, сравнения, олицетворения, перифразы), позволяют обнаружить особенности словоупотребления, определить индивидуальную картину мира автора. Цель данной статьи – выявить и проанализировать метафоры и эпитеты, характеризующие внешность героев, в тексте романа Е. Замятина «Мы» как показатель идиостиля писателя.

Объект нашего исследования – лексическая структура текста романа Е. Замятина «Мы», а предмет исследования – изобразительно-выразительные средства в ассоциативно-вербальных связях ключевых слов, характеризующих внешность персонажей. Данный роман определяют как антиутопию, то есть описание общественного устройства с преобладанием негативных тенденций. Одной из задач исследования является ответ на вопрос, как тематика произведения отражается в индивидуально-авторском словоупотреблении, а именно: в использовании изобразительно-выразительных средств для описания внешности персонажей.

В процессе сбора материала для анализа была проведена сплошная выборка фрагментов из текста романа «Мы» (всего 308 фрагментов), содержащих ключевые слова тематической группы «Внешность человека». В совокупности текстов данных фрагментов были выделены ключевые слова, обозначающие внешность человека и ее детали, проанализированы ассоциативно-вербальные  связи ключевых слов. Как показал анализ лексической структуры текста, тематическая группа «Внешность человека»  представлена в романе довольно широко. Наиболее частотными оказались ключевые слова глаза (92 словоупотребления), руки (63), губы (55), лицо (50), улыбка (37), голова (32), рот (24), брови (23), щёки (23), зубы (23). В лексическом окружении ключевых слов отмечены разные виды системно-семантических связей – парадигматические, синтагматические, деривационные. Такое богатство связей ключевых слов свидетельствует о мастерстве писателя в создании яркой, богатой лексической «палитры» при описании внешности героев романа.

Текстовый анализ показал, что частотные ключевые слова,  характеризующие внешность героев, как правило, обладают и богатым лексическим окружением, насыщенным изобразительно-выразительными средствами: «чернильная  капля  замутила мой прозрачный  раствор» (о разуме). Ср.: «розовый круг рта сложился в розовый полумесяц», «розовато-коричневые рыбьи жабры» (о щеках) и т.д. Лексическое же окружение нечастотных ключевых слов обычно немногословно. Ср., например, единичное употребление авторской метафоры-синонимы к слову рёбра: «я чувствовал ребра – это какие-то железные прутья».

Всего в результате текстового анализа совокупности фрагментов (308) было выделено 818 изобразительно-выразительных средств, характеризующих внешность героев. Самая многочисленная группа тропов – эпитеты, всего 312 единиц (около 38%), в том числе 35 авторских эпитетов (более 10% от общего количества эпитетов).  Также Замятин активно использует метафоры, относящиеся к разным частям речи, всего 296 единиц (около 36%), затем сравнения – 52 единицы (около 6%). Единичными оказались употребления таких тропов, как синекдоха (10 единиц), олицетворение (5 единиц), гипербола (4 единицы), оксюморон (3 единицы) и метонимия (1 единица). Среди метафор, встречающихся в лексическом окружении ключевых слов, было отмечено доминирование развернутых авторских метафор: «Лицо у него – фаянс, расписанный сладко голубыми, нежно-розовыми цветочками (глаза, губы), но они сегодня – какие-то линялые, смытые».Особенностью замятинских метафор, как и сравнений, в тексте романа-антиутопии является то, что в основе их семантических моделей, или оснований переноса названий с одного явления, предмета на другой,  преобладает сравнение с артефактами – объектами неживой природы, созданными руками человека, с механизмами, предметами быта. Ср.: «не ногиа какие-то тяжелые, скованные, ворочающиеся от невидимого привода колеса». Так автор хочет подчеркнуть безликость многих героев романа, отсутствие у них человеческих чувств, эмоций, что в условиях антиутопичного государства является нормой жизни.

Для Замятина в некоторых случаях отдельный элемент внешности может играть большую роль, чем общее описание человека. Ср. текстовый фрагмент с ключевым словом глаза: «в глазах или бровях – какой-то странный раздражающий икс, и я никак не могу его поймать, дать ему цифровое выражение». Слово икс (4 употребления) применяется только при характеристике внешности героини I-330, являясь индивидуальной чертой, отличающей её как персону резкую, прямолинейную, способную на неожиданные, непредсказуемые поступки. Она – как «переменная» (математический термин), нечто невыраженное и труднодоступное для понимания.

Описание внешности человека часто сочетается у писателя с психологическими характеристиками героев, отражающими те или иные проявления  их характера, поведения, привычек. Так, например, в романе Е. Замятина «Мы» неоднократно отмечается, что у главного героя Д -503 «прочерченные по прямой брови», что отражает линейную прямоту и структурированность его сознания, взгляда на мир.

Среди эпитетов в тексте преобладают две большие группы – качественные  эпитеты, обозначающие разные признаки деталей внешности и оценки этих деталей (143 единицы), и особо, как многочисленная подгруппа качественных, – цветовые эпитеты (140 единиц). В рамках качественных эпитетов доминируют тропы, характеризующие форму, вес, размер и другие качества деталей внешности: толстые губы, тончайшая рука, волосатые кулаки, круглые глаза.

Цветопись играет в произведении Е. Замятина очень важную роль: цвет участвует в создании характера, содержит эмоциональную характеристику окружающего мира, с его помощью более зримым и наглядным предстает основной конфликт произведения: «Колористика формирует две формы жизни: сине-стеклянный мир разумного социума и пестрый мир дикой природы» [2,  2008:15].

Лексическое поле цвета при описании внешности героев представлено черным, синим, желтым, голубым, белым, розовым и серым цветами. Самый частотный цветовой эпитет в характеристике внешности – розовый (45 словоупотреблений, около 32% от общего числа цветовых эпитетов). Мы считаем, что данный цветовой эпитет можно рассматривать как ключевой признак при  описании внешности главных, знаковых, персонажей романа. Чаще эпитет розовый употребляется при описании женских образов в сочетании с ключевыми словами руки, губы, лицо, рот, щеки. Розовый цвет символизирует нежность, любовь, женственность, наивность. Эта цветовая характеристика сопровождает образ О-90, возлюбленной главного героя романа, так как именно она воплощает в романе образ истинной женщины – хранительницы очага. Подтверждение своим выводам находим в работе Е.Н. Селезнёвой: «Это цвет детства, юности, чистоты <…> Он сразу же вызывает в памяти героиню романа «Мы» – О-90 <…> О-90 представляет собой живое воплощение румяной, розовой, «глиняной», Евы, которая существует в одном мире, в одной плоскости с Адамом…» [5, 2007: 10, 14]. Аналогия с Евой не является случайной: героиня становится матерью ребёнка, который будет рождён уже в новом мире, за Зелёной стеной. Она начнёт новый род людей, не «нумеров». Нарушив запрет Единого государства о материнстве, она, будто Ева, совершает грех в «установленном раю». В связи с этим розовый цвет становится символом начала новой жизни. Сама О-90 часто сравнивается с ребёнком, кругленьким и розовым. Эти характеристики отражают даже графически е «округлости» в её имени.

Розовый цвет выступает символом не только нежности, любви и материнского начала, но и эротизма, интимной жизни (через образ розовых талонов). Розовые талоны имеют скорее негативную оценку, так как «любовь по талонам» воспринимается жителями Единого государства, где не существует понятия об искренних чувствах, верности, привязанности, постоянства, как обязанность.

В характеристике внешности I-330 частотным является эпитет белый (11 употреблений) в сочетании со словами зубы и плечи. В сознании читателя возникает образ оскаленных зубов, что может свидетельствовать о дерзости, смелости героини, способности бросить вызов обществу.

Среди ярких, экспрессивных авторских эпитетов были выявлены как словообразовательные, так и семантические  окказионализмы. При этом преобладают словообразовательные окказионализмы. Ср.: отвратительно-негрогубый, пластыре целительная улыбка, тончайше-лезвийный профиль и др. Один из авторских приемов – образование сложных эпитетов на синтаксической основе, то есть на базе словосочетаний: волосаторукий (волосатые руки), тумбоногий (ноги как тумбы). Семантические окказионализмы образуются на метафорической основе, где преобладает модель переноса с качества, признака  неодушевленного предмета на внешность человека: беспружинные, интегральные, секундные (руки), тарелочное, чертежное, стеклянное (лицо), и т.д. Такие «бездушные», геометрические метафорические эпитеты объясняются художественной задачей автора, общей идеей произведения о всепоглощающей «механизации» человеческой жизни, перевесе бездушного над духовным и человеческим. Авторские тропы основываются на личных писательских ассоциациях и отражают специфику занятий самого Е.И. Замятина (сравнения с математическими терминами или механизмами). В статье М.Н. Михайлова и Н.В. Михайловой «Глаза в литературе XX века» подчёркивается, что для писателей той эпохи характерно употребление индивидуальных эпитетов и метафор: «Писатели будто соревнуются,  кто придумает более неожиданную» [4, 2002: 18]. В синтагматических связях самого частотного ключевого слова глаза, также было отмечено немало «предметных» метафорических эпитетов: фаянсовые, лохматые, сине-хрустальные, лакированные и т.д. Семантические окказионализмы отражают сравнение глаз с «пылающим камином», «опущенными шторами», «синими блюдечками», «буравчиками».

Анализ изобразительно-выразительных средств, с помощью которых автор характеризует внешность героев, осложнялся нежесткостью границ между тропами в языке, а также тем, что в рамках одного текстового фрагмента часто отмечалось сочетание разных видов тропов. Ср., например, сочетание  двух авторских тропов в словосочетании лбяной навес (словообразовательный окказионализм и «предметная» метафора с основанием переноса «сходство в расположении частей». Отмечена нарочитая несогласованность тропа с его непосредственным словесным окружением, а также наличие окказионализмов в тексте произведения, которые характеризуют не только особенности внешности  героя, но и его внутренний мир, характер.

В заключение следует отметить, что репрезентация внешности героя через ключевые слова и их ассоциативно-вербальные, особенно синтагматические,  связи отражает индивидуально-авторское осмысление сущности персонажа, его отношение к тому или иному герою. Для эстетики Е.И. Замятина характерно повторение одних и тех же деталей внешности и характеристик этих деталей в описании персонажей. Повторяющаяся деталь иногда достигает в замятинском тексте такой степени художественной выразительности, что способна отражать не только внешнюю характеристику, но и внутреннюю сущность действующего лица. Ср. постоянные эпитеты-характеристики героев романа: I-330 – острая (22 употребления), S-4711 – дважды изогнутый / двояко-изогнутый (9), у Ю – щеки-жабры (14). Анализ лексической структуры  текста романа «Мы» показал, что высокая ассоциативность, сам факт использования писателем большого количества тропов, прежде всего метафор и эпитетов, в описании внешности персонажей являются яркой особенностью замятинского идиостиля.

 Литература

  1. Болотнова Н.С. Коммуникативная стилистика текста. Словарь-тезаурус: учебное пособие для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению 050300 Филологическое образование. – М.: Флинта: Наука, 2009. – 381 с.
  2. Гуделева Е.М. Символика цвета в творчестве Е.И. Замятина: автореф. дис. … канд. филол. наук. – Иваново, 2008. – 20 С. – Загл. с экрана. [Электронный ресурс].  Режим доступа: http://cheloveknauka.com/simvolika-tsveta-v-tvorchestve-e-i-zamyatina – Дата обращения: 22.04.2015.
  3. Котцова Е.Е., Шабалина А.М. Метафора как средство создания портретных характеристик в повестях М.А. Булгакова  // Материалы  II Международной научно-практической междисциплинарной интернет-конференции «Гуманитарные науки и проблемы современной коммуникации». Якутск, 2014 // [Электронный ресурс] URL: http://philology.s-vfu.ruhttp://philology.s-vfu.ru›page_id=1223 –  Дата обращения: 22.04.2015.
  4. Михайлов Н.М., Михайлова Н.В. Глаза в литературе XX века // Русская речь. – 2002. – № 1. – С. 17–26.
  5. Селезнёва Е.Н. Женская парадигма прозы Е.И. Замятина в контексте русских народных культурных традиций:  автореф. дис. … канд. филол. наук. – Тамбов, 2007. – 27 с. – Загл. с экрана. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://cheloveknauka.com/zhenskaya-paradigma-prozy-e-i-zamyatina-v-kontekste-russkih-narodnyh-kulturnyh-traditsiy – Дата обращения:22.04.2015.
  6. Степанова В.В. Слово в тексте: Из лекций по функциональной лексикологии. – СПб.: 2006. – 272 с.
  7. Черняк В.Д. Синонимические связи слов как примета идиолекта // Актуальные проблемы функциональной лексикологии: сборник статей. – СПб.: Изд-во СПбГУЭФ, 1997. – С. 103–108.
  8. Чурилина Л.Н. Лексическая структура художественного текста: принципы антропологического исследования: Монография / Рос. гос. пед. ун-т им. А.И. Герцена. – СПб. : Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2002. – 283 с.

 

Котцова Елена Евгеньевна – доктор филологических наук, профессор кафедры русского языка и речевой культуры института филологии и межкультурной коммуникации Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова, г. Архангельск.

Корельская Наталья Сергеевна – студентка 5 курса дневного отделения института филологии и межкультурной коммуникации Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова, г. Архангельск.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>