Салимова Л. М.

 

ЭЛИТАРНАЯ ЯЗЫКОВАЯ ЛИЧНОСТЬ: ПЕРСПЕКТИВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ (НА МАТЕРИАЛЕ «БЕСЕД О РУССКОЙ КУЛЬТУРЕ» Ю. М. ЛОТМАНА)

 

ELITE LANGUAGE PERSONALITY: PROSPECTS OF THE STUDY (BASED ON “DIALOGUES OF RUSSIAN CULTURE” BY JU. M. LOTMAN)

 

Л. М. Салимова

L. M. SALIMOVA

 

Статья содержит обзор основных направлений, выделяемых в современной лингвистике  в рамках решения проблемы языковой личности. В статье предлагается описание Ю.М.Лотмана (1922-1993), выдающегося исследователя русской культуры, как элитарной языковой личности, активно обращающейся к явлению интертекстуальности в «Беседах о русской культуре». Интертекстуальность, понимаемая как взаимодействие текстов во временном и культурном пространстве, рассматривается как непременное условие профессионального, личностного и общественного существования носителя элитарного типа речевой культуры.

 

The article includes the overview of major trends outlined in modern linguistics within the solution of linguistic identity problem. This article offers a description of Ju.M. Lotman (1922-1993), a prominent researcher of Russian culture, as an elite language personality who actively traded in the phenomenon of intertextuality in the “Dialogues of Russian culture”. Intertextuality, understood as the interaction of texts in time and cultural space, is considered as a condition of professional, personal and social existence of the carrier of elite type of speech culture.

 

Ключевые слова и фразы: языковая личность, лингвоперсонология, элитарная языковая личность, интертекстуальность.

Key words: linguistic identity, linguo-personology, elite language personality, intertextuality.

 

Период конца XX – начала XXI вв. ознаменовался в российской лингвистике особенным интересом к языковой личности. Изучение языка вместе с его носителем бесспорно стало считаться перспективнейшим направлением в науке и главнейшей задачей всех исследований в течение ближайших десятилетий.

Языковая личность, с ее когнитивными способностями, коммуникативными потребностями, речевой деятельностью, представляет настолько сложное, многогранное явление, которое требует глубокого анализа и  всестороннего наблюдения, что высказывания о полной разработанности и изученности данной научной проблемы представляются преждевременными. Отечественная наука продолжает исследования в этом направлении. В настоящее время теория языковой личности разрабатывается с точки зрения различных подходов, с помощью разнообразных методов исследования, путем рассмотрения отдельных аспектов проблемы, на основе выбора разных объектов для наблюдения – от обобщенных («лингвокультурных типажей») до конкретных (персоналий), от рядовых (стандартных) до творческих (нестандартных), от бытовых (повседневных) до профессиональных (специализированных).

Построением теории языковой личности занимаются представители различных филологических школ, как в центре, так и в регионах, причем и те, и другие внимательно прислушиваются к мнению коллег, поддерживают выдвигаемые гипотезы и предлагают свои решения общей научной проблемы.

За последние десятилетия накоплена солидная научно-методологическая база по изучению языковой личности. Ее описанию посвящены отдельные научно-исследовательские труды, среди которых основополагающую роль играют «Русский язык и языковая личность» Ю. Н. Караулова (1987 г. и последующих изданий), а также «Лингвокультурология (теория и методы)» В.  В. Воробьева (М., 1997), «Языковая личность в лекционном освещении» Т. В. Кочетковой (Саратов, 1998), «Языковой круг: личность, концепты, дискурс» В. И. Карасика (Волгоград, 2002), «Языковая личность в художественном тексте» Л. Н. Чурилиной (М., 2006) и др.

За небольшой период времени отечественная лингвистика пополнилась интереснейшими научными идеями, представленными в диссертационных исследованиях по языковой личности. Для того чтобы продемонстрировать географию распространения интереса к изучаемой проблеме и диапазон вопросов, рассматриваемых в рамках ее решения, приведем только несколько примеров: «Языковая личность носителя элитарной речевой культуры» Т. В. Кочетковой (Саратов, 1999), «Языковая личность: Лингвокультурологический аспект» А. И. Тхорика (Краснодар, 2000), «Языковая личность Владимира Набокова как автора художественного текста: Лексический аспект. На материале русскоязычной прозы» Л. А. Каракуц-Бородиной (Уфа, 2000), «Языковая личность политического лидера: На материале газет новейшего времени» Т. Б. Соколовской (СПб., 2002), «Языковая личность Ивана Грозного: на материале деловых посланий» О. В. Поповой (Омск, 2004), «Языковая личность в инокультурной среде: по данным русскоязычной технически опосредованной коммуникации носителей китайского языка» М. Е. Трубчаниновой (Воронеж, 2008), «Русская языковая личность профессионального переводчика» А. Б. Бушева (М., 2010), «Женская языковая личность в художественном тексте (на материале русского и немецкого языков) З. Р. Хачмафовой (Ставрополь, 2011), «Языковая личность в русскоязычном блоге: когнитивно-прагматический аспект» А. А. Калашниковой (Ростов-на-Дону, 2011).

Своеобразной попыткой объединить усилия исследователей, разрабатывающих проблему языковой личности, можно назвать  сборники статей, подготовленные в Москве («Язык и личность»,1989), в Краснодаре («Языковая личность: экспликация, восприятие и воздействие языка и речи», 1990), в Волгограде («Языковая личность: аспекты лингвистики и лингводидактики», 1999), в Уфе («Языковая личность: Лингвокультурология. Лингводидактика. Лексикография», 2001; «Языковая личность: Лингвистика. Лингвокультурология. Лингводидактика», 2011) и др. Кроме того, очень важны для понимания современного состояния теории языковой личности отдельные статьи, опубликованные в различных журналах и сборниках статей авторитетнейшими в этом вопросе учеными: Ю. Н. Карауловым, К. Ф. Седовым, Т. В. Кочетковой, О. Б. Сиротининой, В. В. Воробьевым, С. Г. Воркачевым, В. И. Карасиком, Л. П. Крысиным и др.

Исследователям, работающим в области изучения языковой личности, предоставляется возможность общения с коллегами в рамках разнообразных конференций. Так, только в Башкирском государственном университете (Уфа) благодаря усилиям проф. Л. Г. Саяховой и ее учеников были организованы  конференции всероссийского уровня с международным участием – «Межкультурная коммуникация: К проблеме формирования толерантной языковой личности в системе вузовского и школьного лингвистического образования» (2001), «Лингвистические и лингвокультурологические основы формирования языковой личности в условиях многоязычия» (2011). 

Исходным для исследований стало понимание языковой личности в качестве конкретного носителя языка, способного понимать, воспроизводить и создавать тексты, это личность, охарактеризованная на основе анализа произведенных ею текстов с точки зрения использования в них системных средств языка для отражения видения ею окружающей действительности (Ю. Н. Караулов, В. В. Воробьев). Базисом для характеристики языковой личности принято считать ее трехуровневую структуру, предложенную Ю. Н. Карауловым, в соответствии с которой выделяются вербально-семантический, лингво-когнитивный и прагматический (мотивационный) уровни. Последующие исследования, предпринятые в этой области, показали жизнеспособность идей Ю. Н. Караулова. Языковую личность признали «…интегральным объектом изучения комплекса молодых и интенсивно развивающихся направлений науки о языке (когнито-, психо-, социо-, прагма-, этно-, онтолингвистики и т.п.)» [13, 1999: 5]. В дальнейшем структурирование языковой личности Ю. Н. Карауловым получило переосмысление, дополнение и уточнение в трудах других ученых. Так, В. А. Маслова называет три компонента, составляющих содержание языковой личности, – ценностный, или мировоззренческий, культурологический и личностный [9, 2001: 119]. В. И. Карасик предлагает в качестве аспектов изучения языковой личности ценностный, познавательный и поведенческий [4, 2002].  В целом в речевой организации человека выделяют языковую способность, коммуникативную потребность, коммуникативную компетенцию, языковое сознание, речевое поведение [17, 2006: 258-259].

Построение комплексной теории языковой личности осуществляется путем глубокого анализа различных аспектов ее содержания. Прежде всего рассматриваются различные характеристики, определяющие статус существования языковой личности в лингвистике: элитарная языковая личность, семиологическая личность, речевая личность, словарная языковая личность, эмоциональная языковая личность, амбивалентная языковая личность, национальная языковая личность, языковая личность западной и восточной культур, русская языковая личность, толерантная языковая личность, билингвальная личность, полилингвальная личность.

Большими лингводидактическими и культурологическими возможностями, согласно компетентностному подходу к изучению русского языка [12], обладает исследование языковой личности носителя элитарной речевой культуры, или элитарной языковой личности,  – своего рода образца для представителей языкового коллектива в области владения языком и использования его ресурсов в общении, признающемся успешным в данной ситуации. 

Понимание «элитарности» в уровне владения речевой культурой было заложено в трудах О. Б. Сиротининой, И. А. Стернина, В. Е. Гольдина, Т. В. Кочетковой и др. Элитарная речевая культура оценивается прежде всего как «искусство речи», в наиболее общем виде это «эталонная речевая культура, означающая свободное владение всеми возможностями языка, включая его творческое использование» [2, 1997: 414]. Носителей элитарной, или полнофункциональной, речевой культуры признают «настоящей элитой общества» [14, 2009: 66], по определению являющейся малочисленной частью любого языкового коллектива. «Что же касается элитарной культуры, то ее носители всегда составляют малый процент по отношению к социуму в целом, однако они в своей устной и письменной речи задают стандарты языкового сознания и коммуникативного поведения» [5, 2009: 89].   «Это даже не все писатели, но носители полнофункционального типа речевой культуры есть, были и будут»  [14, 2009: 66]. На фоне отмечаемых исследователями «настораживающих» тенденций («… люди явно привыкают к низкой культуре речи окружающих, принимают ее за норму, снижают требовательность к чужой и своей речи, признают свой уровень речи достаточным, не требующим совершенствования» [16, 2004: 90]),  приоритетным для лингвистической науки стало изучение языковой личности носителя элитарной речевой культуры, или элитарной языковой личности. 

В поисках объекта исследования ученые  обратили пристальное внимание в первую очередь на выдающихся членов языкового коллектива, деятельность которых признана успешной, в том числе благодаря их всесторонней (языковой и лингвистической, коммуникативной и речевой, лингвокультурологической) компетентности. Лингвоперсонология пополнилась исследовательскими трудами об элитарной языковой личности как ученых, представителей как гуманитарных, так и естественных наук: В. В. Виноградова (Л. Н. Кузнецова), А. Ф. Лосева (В. В. Дружинина, А. А. Ворожбикова), Н. Н. Казанского (М. С. Силантьева); К. И. Бендера (Т. В. Кочеткова), В. И. Вернадского (А. В. Курьянович), Н. П. Бехтеревой (Е. М. Кузьмина) и др., имеется информация о проведении исследований языковой личности А. А. Реформатского, Д. С. Лихачева. 

В этом ряду достойное место, на наш взгляд, должен занять Юрий Михайлович Лотман (1922-1993) – ученый с мировым именем, выдающийся исследователь русской культуры, представитель отечественной литературоведческой и семиотической школ, блестящий исследователь творчества Н. М. Карамзина и А. С. Пушкина, автор и ведущий телевизионного цикла передач «Беседы о русской культуре», человек необычайно эрудированный и обаятельный,  несомненный носитель элитарного типа речевой культуры. Имя Ю. М. Лотмана получило широкую известность  не только среди специалистов, но и рядовых носителей языка благодаря его трудам, призванным познакомить широкую общественность с сокровищницей русской культуры. В этой связи приобретает актуальность вопрос о том, как реализуется элитарная языковая личность автора (относившегося к «людям науки в любых условиях», по Б. Ф. Егорову [3, 1999: 242])  в текстах, направленных на популяризацию научной информации, созданных для восприятия носителей иных типов речевой культуры (среднелитературного, литературно-разговорного, просторечного, народно-речевого и др.

 «Беседы о русской культуре. Быт и традиции русского дворянства (XVIII- начало XIX века)» [6, 1997]  – произведение, в котором особенно ярко представлена элитарная языковая личность его автора, «ученого-гуманитария, в творчестве которого значительно сильнее, чем у представителей точных и естественных наук, проявляется личная субъективность» [3,1999: 6]. Текст «Бесед о русской культуре» предоставляет нам возможность выявить важнейшие особенности языковой личности автора, что в дальнейшем может стать одним из этапов построения целостного образа Ю. М. Лотмана как носителя элитарной речевой культуры.

С одной стороны, Ю. М. Лотмана можно назвать «продуктом» своего времени, определенной лингвокультурной ситуации, с другой стороны, следует признать его собственные заслуги в обогащении индивидуального когнитивного пространства. Если изначально «абсолютно все носители языка являются индивидуумами, языковыми личностями, наделенными одинаковыми потенциальными возможностями в отношении родного языка. Равно как и язык представляет всем без исключения носителям одинаковые возможности использования своего потенциала»,  то потом, в процессе становления «формирование каждого Языкового индивидуума, прежде всего, обусловлено особенностями его психики. Язык в этом случае оказывается тем средством, с помощью которого устанавливается необходимый для каждой конкретной языковой личности уровень взаимодействия психики и мышления» [11, 2013: 32].

Элитарная языковая личность отличается умением «…целесообразно и уместно пользоваться языком в любой сфере общения и ситуации, применяя в каждом случае выработанные в языке соответствующие функциональные стили, их разновидности и формы речи» [2, 1997: 414], что наиболее ярко проявилось в языковой ткани «Бесед о русской культуре». Представленная там стилистическая «эклектика» выглядит в данном случае оправданной, поскольку преследует цель просветительскую, «культуроносную», призванную духовно обогатить носителей различных типов речевых культур. 

Именно принадлежность к широкому контексту культуры, знание  достижений национальной и мировой культуры, т. е. в целом «…общекультурная составляющая обеспечивает богатство как активного, так и пассивного словарного запаса» [15] элитарной языковой личности и позволяет ей ставить перед собой цели гуманистического характера.

Элитарная языковая личность Ю. М. Лотмана представлена во всем: в выборе языковых средств, в построении синтаксических конструкций, в различных текстовых выделениях, в примечаниях и комментариях, в сносках и переводе отдельных слов и словосочетаний и т.д., но прежде всего – в явлении интертекстуальности, составляющей основу, каркас всего текста «Бесед о русской культуре». «Речевая культура элитарного типа основана и на широком охвате сознанием говорящего (пишущего) разнообразных прецедентных текстов, имеющих непреходящее общекультурное значение. Именно на такие тексты носитель элитарного типа речевой культуры ориентируется в своей речи» [15].  Так, для описания языковой личности наибольшее значение имеют тезаурусный  и мотивационный уровни (по трехуровневой структуре Ю. Н. Караулова), являющиеся средоточием ее индивидуальности и уникальности, что, в свою очередь, соотносится с изучением познавательного и поведенческого аспектов носителя языка (по В. И. Карасику).

  Одной из ярких черт Ю. М. Лотмана как элитарной языковой личности, безусловно, следует признать его активное обращение в «Беседах о русской культуре» к явлению интертекстуальности.

Так, ученый был убежден, «… что текст, подобно, зерну, содержащему в себе программу будущего развития, не является застывшей и неизменно равной самой себе данностью. Внутренняя не-до-конца-определенность его структуры создает под влиянием контактов с новыми контактами резерв для его динамики» [7, 2010: 162]. Автор при посредстве своего Текста и Читатель находятся в состоянии диалога: Текст создается с учетом предполагаемой аудитории, а та, в свою очередь, прилагает усилия, чтобы понять культурные коды, заложенные в Тексте.

В основе интертекстуальности в культурологическом смысле, по Ю. М. Лотману, лежит понимание культурной традиции: «Сумма контекстов,  в которых данный текст приобретает осмысленность и которые определенным образом как бы инкорпорированы в нем, может быть названа памятью текста. Это создаваемое текстом вокруг себя смысловое пространство вступает в определенные отношения с культурной памятью (традицией), отложившейся в сознании аудитории. В результате текст вновь обретает семиотическую жизнь» [7, 2010: 162].

В «Беседах о русской культуре» доминирует такой интенциональный тип интертектуальности, как риторический, по определению В. П. Москвина. «Риторическая интертекстуальность, преследующая эстетические либо эристические цели, а значит запланированная и поддерживаемая» [10, 2011: 16], в тексте преимущественно представлена при помощи цитат и аллюзий, т. е. конструкций типа «текст в тексте».

В «Беседах о русской культуре» поддаются выявлению около тысячи примеров  выражения интертекстуальных связей, большинство из которых представляют собой цитаты, которые «можно типологизировать по степени их атрибутированности к исходному тексту, а именно по тому, оказывается ли интертекстуальная связь выявленным фактором авторского построения и читательского восприятия текста или нет» [18, 2012: 122].

Так, Ю. М. Лотман выработал собственную стратегию внедрения цитат в языковую ткань, точнее «текста в текст», представляющую собой «… специфическое риторическое построение, при котором различие в закодированности разных частей текста делается выявленным фактором авторского построения и читательского восприятия текста» [8, 2010: 66]. В «Беседах о русской культуре» Лотман целенаправленно отказывается во многих случаях от языковой игры, представляя вниманию реципиента «цитаты с точной атрибуцией и тождественным воспроизведением образца» [18, 2012: 122].

Полагаем, что текст «Бесед о русской культуре» – уникальная возможность познакомиться с элитарной языковой личностью ученого, проверить богатство собственного интертекстуального тезауруса, приобщиться к культуре, которая сама «… в целом может рассматриваться как текст. Однако исключительно важно подчеркнуть, что это – сложно устроенный текст, распадающийся на иерархию “текстов в текстах” и образующий сложные переплетения текстов» [8, 2010: 72]. Языковая личность в той или иной степени репрезентирует лингвокультурную ситуацию, в условиях которой она творит, языковую картину мира своего народа,  отражающуюся в ее индивидуальной картине мира, себя как индивидуальность, «…поэтому универсальное значение личности нуждается в анализе и объяснении» [1, 2011: 237]. А интертекстуальность как  непременное условие профессионального, социального и личностного существования может стать «ключом» к раскрытию секрета элитарной языковой личности.  

 

Литература

 

1.      Воробьев В. В. Языковая личность в лингвокультурологии / Тез. докл. Языковая личность: Лингвистика. Лингвокультурология. Лингводидактика. БашГУ. Ноябрь 2011 г.  – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С. 234-237.

2.      Гольдин  В. Е., Сиротинина О. Б. Речевая культура. // Русский язык. Энциклопедия / Гл. ред. Ю. Н. Караулов. – М.: Большая Российская энциклопедия; Дрофа, 1997. – 703 с. – С. 413-415.

3.      Егоров Б. Ф. Жизнь и творчество Ю. М. Лотмана. – М.: Новое литературное обозрение, 1999. – 384 с.

4.      Карасик В. И.  Языковой круг: Личность, концепты, дискурс. – Волгоград: Перемена, 2002. – 476 с.

5.      Карасик В. И. Языковые ключи. – М.: Гнозис, 2009. – 406 с.

6.      Лотман Ю. М. Беседы о русской культуре: Быт и традиции русского дворянства (XVIII – начало XIX века). – СПб: Искусство–СПб, 1997. – 399 с.

7.      Лотман Ю. М. Внутри мыслящих миров // Лотман Ю. М. Семиосфера. –СПб.: Искусство–СПб, 2010. – 704 с. – С.150-390.

8.      Лотман Ю. М. Культура и взрыв // Лотман Ю. М. Семиосфера. – СПб.: Искусство–СПб, 2010. – 704 с. – С.12-148.

9.       Маслова В. А. Лингвокультурология.  – М.: Издательский центр «Академия», 2001.  – 208 с.

10.Москвин В. П. Интертекстуальность: Понятийный аппарат. Фигуры, жанры, стили. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. – 168 с.

11. Наумов В. В. Лингвистическая идентификация личности. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2013. – 240 с.

12. Саяхова Л. Г. Компетентностный подход к изучению русского языка в учебниках для 10–11 классов школ гуманитарного профиля с обучением на тюркских языках. – СПб.: филиал изд-ва «Просвещение», 2009. – 127 с.

13.Седов К. Ф. Становление структуры устного дискурса как выражение эволюции языковой личности: дис. … д-ра филол. наук. – Саратов, 1999. – 436 с.

14.Сиротинина О. Б. Культура речи и речевая культура человека // Чтобы Вас понимали: Культура русской речи и речевая культура человека / под ред. О. Б. Сиротининой. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009. – 272 с. – С. 64-70.

15. Сиротинина О. Б. Основные критерии хорошей речи [Электронный ресурс]. URL: htpp://www.I-U.RU (дата обращения: 06.06.2012).

16.Стернин И. А. Отношение носителей языка к речевой культуре // Мир русского слова.  – 2004. – № 3. – С. 88-90.

17.Тхорик В. И., Фанян Н. Ю. Лингвокультурология и межкультурная коммуникация. – М.: ГИС, 2006. – 260 с.

18.Фатеева Н. А. Интертекст в мире текстов: Контрапункт интертекстуальности. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2012. – 280 с.

 

 

Салимова Лира Марселевна – кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и методики его преподавания филологического факультета Башкирского государственного университета, г. Уфа

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>